Лучшие друзья девушек — это… компьютеры!

Девушки-профессионалы в компьютерном программировании встречаются значительно реже, чем молодые люди. Стереотип прочно связывает специальность разработчика с образом парня-гика. Но так ли это в действительности? Авторы блога Fog Creek провели интересное расследование и выяснили, как на самом деле обстоят гендерные дела в программировании.

«Компьютеры всегда были сугубо мужским делом», — скажете вы… и ошибетесь!

В 1987 году 42 % разработчиков программного обеспечения, а также 34 % системных аналитиков в Америке составляли женщины. На заре компьютерной эпохи, в середине 1960-х, мужчины уже преобладали в других технических профессиях, но еще не заняли главенствующее положение здесь. Именно в то время женщины начали активно осваивать компьютерные науки. На протяжении почти двух десятилетий доля женщин, получивших образование по специальности «Компьютерные науки», постоянно росла, достигнув максимума — 37 % — в 1984 году.

Интересный факт: в середине 1960-х компьютерное программирование зачастую преподносилось в СМИ как женская профессия. Вот, например, статья из апрельского номера «Космополитен» 1967 года, озаглавленная «Компьютерные девушки». Она размещена между двумя статьями с весьма показательными названиями «Незамужние японки» и «О чем говорят собаки: почему у девушки должна быть собачка».

Лучшие друзья девушек — это… компьютеры!

Не беспокойтесь, дамы: по словам Грейс Хоппер, программирование «похоже на приготовление ужина».

Необычайно высокий интерес женщин к компьютерным наукам объяснялся несколькими факторами. Во-первых, это был результат расширения компьютерной индустрии в целом. Возникла огромная нехватка специалистов с определенными способностями, в том числе женщин. Во-вторых, само по себе программирование еще не было определено как конкретная сфера науки или техники. Сначала многие программы по специальности «Компьютерные науки» изучались на самых разных факультетах и в самых разных колледжах, в том числе гуманитарных, где традиционно преобладали женщины. К тому же женщины быстро поняли: программированием можно заниматься и дома, пока дети спят.

А затем женщины ушли из профессии, и тоже массово.

С 1984 по 2006 год число студенток, получивших образование по специальности «Компьютерные науки», сократилось с 37 % до 20 % — и это на фоне постоянного увеличения процентной доли женщин во всех других областях науки, техники, технологии и математики, кроме, пожалуй, физики. Причины ухода женщин из компьютерной сферы так же сложны и многочисленны, как и причины их прихода в эту профессию. Чаще всего встречается такое объяснение: в результате распространения персональных компьютеров компьютерную культуру стали ассоциировать со стереотипом эксцентричного, необщительного парня-«хакера». Женщины решили, что они не столь способны к информатике, как считалось изначально.

Почему же сегодня мы вспомнили о тех давних временах, когда работа женщин в компьютерной индустрии была нормой?

Потому что, кажется, женщины возвращаются в профессию.

За последний год число женщин, получивших образование по специальности «Компьютерные науки» в Гарварде, выросло почти вдвое — с 13 % до 25 % (хотя это все равно намного меньше, чем 37 % в 1984 году). Аналогичная тенденция наблюдается и в других учебных заведениях. За последние три года количество женщин, изучающих компьютерные науки в Массачусетском технологическом институте, увеличилось на 28 %. А в Университете Карнеги-Меллона доля женщин-будущих программистов в прошлом году выросла до 25 % по сравнению с 20 % в 2007.

Почему же женщины снова проявляют интерес к компьютерным наукам? Может быть, благодаря появлению Facebook, где молодые женщины — самые активные пользователи? (Кстати, от Google+ девушки пока не в таком диком восторге.) Или в этом виноват недавний экономический спад, который заставил молодых американок обратить внимание на компьютерное программирование как источник неплохого дохода. Хотя нет… Это, конечно же, потому, что вице-президент компании Google Марисса Майер (Marissa Mayer) недавно посоветовала женщинам последовать ее примеру и стать компьютерными фанатками…

Лучшие друзья девушек — это… компьютеры! Вице-президент Google Марисса Майер: «Меня часто спрашивают, что такое работа в Google для женщины. Я думаю о своей работе иначе: здесь я не женщина, а фанат Google».

Как бы там ни было, но если женщины все чаще выбирают компьютерные науки, для кадровой службы компании Fog Creek это хорошая новость. Мы хотели бы принять на работу больше женщин-разработчиков. По нашим данным, за последний год общее количество заявок на прохождение стажировки в компании увеличилось на 62 %. Правда, доля заявок от женщин выросла с 8 % всего до 11 %. Ниже приведена сравнительная таблица результатов отборочного тестирования мужчин и женщин.

Таблица 1

Лучшие друзья девушек — это… компьютеры!

Мы понимаем, что наша выборка не слишком репрезентативна. Тем не менее, она показывает соотношение кандидатов на каждом этапе по гендерному принципу.

Лучшие друзья девушек — это… компьютеры!

Мы не имеем права спрашивать пол заявителя, поэтому его мы определяли по имени. Способ, конечно, не идеальный, но это лучшее, что у нас есть.

Итак, как мы уже отмечали, количество женщин, получающих образование по специальности «Компьютерные науки», растет. Но должно пройти определенное время, прежде чем этот рост повлияет на количество претенденток, желающих получить место в нашей компании. Тем не менее, при приеме на работу мы стремимся охватить как можно больше женщин-специалистов по компьютерным наукам. Мы хотим усовершенствовать нашу стратегию и узнать подробнее о том, что значит сегодня для женщины заниматься компьютерными науками. Поэтому мы побеседовали с одной из наших стажерок, Ли Хэнсон (Leah Hanson). Ли перешла на последний курс в Университете Джонса Хопкинса. Она единственная девушка в команде стажеров компании Fog Creek, да и среди всего инженерно-технического персонала компании Fog Creek.

— Каково соотношение мужчин и женщин среди твоих сокурсников, изучающих компьютерные науки?
— На первом курсе из приблизительно сорока человек, которые выбрали основной специальностью компьютерные науки, было восемь девушек. Пятеро из них, в отличие от меня, ранее никогда не занимались программированием. Три продолжают учиться и готовятся перейти на последний курс. Почти по всем предметам для старшекурсников, которые я изучаю, примерно 20 % студентов — девушки.

— Как повлиял на твой опыт изучения компьютерных наук тот факт, что ты одна из немногих девушек на курсе?
— Я бы сказала, что чувствую себя более одинокой по сравнению с парнями. Может быть, потому, что в основном я работаю на компьютере у себя в комнате, а не в компьютерной лаборатории факультета, как многие студенты, особенно если поджимают сроки. С другой стороны, большинство моих друзей — девушки, но в основном они изучают биологию. Мы подружились на первом курсе, когда жили в одном общежитии. Наверное, я приобрела больше друзей в общежитии или как-то иначе, чем на своем курсе. Поэтому, к сожалению, я не могу говорить с друзьями о своей учебе так, как мне хотелось бы. Иногда на занятиях мы обсуждаем какую-нибудь классную идею — но то, что она классная, можно понять, только если знаешь всю предысторию вопроса. А вот объяснить моим друзьям, почему эта концепция такая потрясающая, не получается. Ведь у них нет базовых знаний предмета, и им неинтересна эта тема, а я в итоге расстраиваюсь. А еще в университете с некоторыми парнями возникают неловкие ситуации: когда они относятся к тебе как к девушке, а не как к личности.

— Есть ли в Университете Джонса Хопкинса какая-нибудь организация для неформального общения женщин, изучающих компьютерные науки?
— Да, в прошлом году на нашем факультете была создана организация «Женщины в компьютерных науках». Она помогает студенткам факультета общаться в неформальной обстановке, а еще поддерживает тех, кто хочет продолжить обучение в этой области — особенно заниматься наукой. Вообще, мне не нравится делить программистов на мужчин и женщин, ведь на самом деле это не важно. Но я понимаю, что сейчас, когда женщин в компьютерной индустрии так мало, очень важно создавать группы для неформального общения. Просто хочется, чтобы было какое-то более изящное решение. Единственное, с чем я могу это сравнить, — это алгоритм «грубой силы», решение далеко не изящное, но зато эффективное. Я не хочу, чтобы меня оценивали прежде всего как девушку. Знаете, были ситуации, когда я спрашивала себя: «Меня выбрали для этого проекта просто потому, что я девушка?» Как понять, что тебя выбрали именно за то, что ты хорошо разбираешься в своей профессии, а не за красивые глаза?

— Как началось твое знакомство с компьютерами?
— Я пошла на курсы по программированию в старших классах. Я вообще не знала, что такое программирование, и выбрала этот курс просто из любопытства. До этого я училась дома и понятия не имела, что компьютеры — занятие не для девочек. Я просто подумала: странно, что в моей школе на этом курсе нет других девочек. А вот когда я поступила в колледж и на занятиях по программированию из 40 человек оказалось всего две девушки, я наконец-то поняла, что происходит на самом деле. Мой папа любит собирать компьютеры, поэтому мне было проще: ведь рядом всегда был человек, который мог мне все объяснить, да и мама тоже — продвинутый пользователь. Может быть, с конфигурированием роутера она и не справится, но пользуется компьютером очень уверенно.

— Как ты думаешь, почему абитуриентки не выбирают компьютерные науки?
— Раньше я удивлялась, почему они не понимают, что программирование и компьютерные науки в целом — это так здорово! Думаю, для этого есть несколько причин. Например, женщины быстрее сдаются в каких-то обыденных ситуациях, связанных с технологиями. Принято считать, что женщине не надо и пытаться освоить какую-нибудь технологию, потому что она просто не разберется, «как работает эта штука в компьютере». Мои подруги зачастую просят меня помочь им с компьютером, потому что не разбираться в нем для них нормально. Они не понимают, что я просто найду ответ в поисковике Google, и думают, что я его знаю заранее! Еще мне кажется, что большинству парней стыдно признаться в том, что они не могут решить какую-то проблему с компьютером. Но ведь это так здорово, когда после многих неудачных попыток и разочарований ты наконец справляешься! Это бесценный опыт, который дает навыки, необходимые для освоения технологий и устранения неполадок.
К тому же у большинства молодых девушек нет собственных компьютеров. Иногда семья покупает вроде как общий компьютер, но в основном для сына, и его заставляют делить компьютер с сестрой. А в итоге девочки не могут экспериментировать с компьютерами. Им нужен свой компьютер, чтобы его можно было изучать, разбирать, даже сломать, но без риска получить нагоняй от родителей. На свое
16-летие я вместе с отцом собрала собственный компьютер, за которым могла сидеть сколько хочется или делать с ним все что угодно. Могу сказать, что Linux меня вообще не интересовал, пока в моем полном распоряжении не оказался личный компьютер. Ведь если за твой компьютер отвечает кто-то другой, кто хорошо в этом разбирается, нет никакого стимула переходить, например, на другую операционную систему — слишком много придется объяснять.

— Компания Fog Creek старается принимать на работу как можно больше женщин-разработчиков. Можешь дать нам какие-нибудь рекомендации, чтобы привлечь внимание женщин?
— Я заметила, что на вашем сайте акцент сделан на том, что здесь работают самые лучшие разработчики, а компания предлагает разные льготы. Но, если честно, в этом плане Fog Creek ничем не отличается от Google или Facebook: у них тоже отличные разработчики и масса всяких льгот. По-моему, преимущество стажировки в вашей компании (а вы не придаете этому особого значения) — тесное общение и наставничество. Здесь мы все члены одной команды, и нам доверяют. Перед нами ставят трудные, но интересные задачи, которые хочется решать. Мы участвуем в принятии решений по поводу кода, который будет выпущен на рынок. Здесь проверяют и тестируют каждую строку кода, а вот в университете всего лишь смотрят, работает твой код или нет. Каждый раз, когда мой код проверяют, я чувствую уверенность в себе и в том, что конечный продукт будет качественным. А когда мне советуют что-то изменить, я узнаю много нового о стилях программирования и передовых методиках.
Я думаю, что стажеры в крупных компаниях не имеют подобной возможности работать в тесном контакте со своими наставниками или быть частью команды. Поэтому мне кажется, что такое сотрудничество и обучение привлекут претенденток на рабочее место намного сильнее, чем разговоры о лучших разработчиках в мире или разных льготах.
Я была на встрече с Ханной Уоллах (Hanna Wallach) в Университете Джонса Хопкинса, которую организовала наша группа «Женщины в компьютерных науках». Эта встреча была посвящена гендерному неравенству среди разработчиков FLOSS. Ханна сказала удивительную вещь: если при описании работы используются термины «конкуренция» и «сравнение», то женщины сразу теряют интерес к этой работе, даже если обладают необходимой квалификацией. Язык конкуренции не привлекает многих женщин, наоборот — он их отталкивает.
Вот, например, Google рекламировал свою студенческую программу Summer of Code, используя слова «конкурентный» и подобные. В итоге в 2006 году GNOME получил почти две сотни заявок от участников Summer of Code, среди которых не было ни одной женщины. А когда они объявили о проведении аналогичной программы для женщин, где упор делался на возможности общения и обучения, то на три места пришло больше сотни заявок от высококвалифицированных специалистов-женщин.
Если честно, когда слышишь словосочетание «лучшие разработчики в мире», представляешь себе парня. И многих женщин это может просто оттолкнуть.

Цитируется блог Fog Creek. Публикуется с письменного разрешения авторов.

Оригинал статьи опубликован в блоге Fog Creek.

Перевод на русский выполнен ABBYY Language Services.



Оставить комментарий

'